«А ведь в чём сила? Сила в правде. Вот в чём настоящая сила заключается — в правоте. И перед главным судом я спокоен».
Последние слова
«По таким надуманным обвинениям сейчас хотят решить судьбу 11 человек. Нет состава преступления!».
«В результате судебного разбирательства моя убеждённость в том, что я не нарушил закона, не поколеблена».
«Дайте мне возможность кончить институт. Приговорите меня к условному наказанию!»
«Девять запрошенных лет — наверное, это признак какого-то уважения к тому, что я делал».
«Моё уголовное дело сфальсифицировано по образцам 1937 года, когда человека сажали на десять лет или расстреливали по фантастическим обвинениям».
«Когда вспоминаю, что я пережила за последние годы, так для себя и не могу уяснить: оно всё стоило того или нет?».
«Я хочу особо подчеркнуть: мои взгляды остаются неизменными».
«Я люблю людей, верю в людей и надеюсь, что люди осознают всю грандиозную тяжесть последствий лишения человека свободы».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Вы точно знаете, что я не виновен. Это всё фарс и балаган. Все всё знают и понимают, но продолжают делать вид, что так надо».
«...моё пребывание в следственном изоляторе очень сильно повлияло на мои жизненные убеждения».
«Пытки — это признак не только несправедливости и бесчеловечности следствия, но и его слабости, беспомощности и непрофессионализма».
«Я
остановился на тезисе, что решил отказаться после выхода из тюрьмы от любой общественно–политической активности. А я, в сущности, никогда и не хотел быть политическим активистом, у меня есть чем заняться в жизни, у меня семья, трое детей, которыми я активно занимался».
«Я не сожалею о своём выборе, о своей борьбе. Потому что я не совершал преступления. Преступники — это чиновники, сидящие в своих кабинетах».
«История преподает нам уроки, но не каждый способен их видеть и делать правильные выводы».
«Эта страна принадлежит не только пяти–десяти детям олигархов, а миллионам других детей. Каждый ребёнок в Азербайджане имеет право жить в достатке, справедливости и достоинстве».
«Как бы долго и тщательно ни искали правоохранительные органы доказательства “преступления”, за которое меня судят, они не найдут. Потому что нет преступления и нет вины».
«Война, каким бы словосочетанием мы её не маркировали, пришла в их дом и нарушила их быт. И какими бы лозунгами и геополитическими интересами мы это не прикрывали, для меня это не имеет оправдания».
«Мы сами определяем свои жизни собственными личными и коллективными выборами. Кто-то выбирает вписать свои имена в историю политических репрессий».
Подписывайтесь на последние слова