«Проблема сегодняшней России в том, что голос начальства заглушает голос совести. Люди слишком несвободны, чтобы осознать свободу как ценность».
Последние слова
«Вместо того, чтобы отремонтировать больницы, они строят ракеты».
«Так скажите, разве можно запугать человека, который уже 22 года назад принял смерть как возможную реальность, человека, который смотрел смерти в лицо?».
«После 2014 года на моих глазах разворачивались репрессии против крымских татар, крымских мусульман. Но я и мои друзья никогда не призывали к насилию».
«Я не террорист и не убийца. На моих руках нет ни капли крови. И единственное, что можно мне вменять — это собственное мнение и неугодные политические убеждения».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Я боролась за каждую человеческую жизнь всеми возможными и невозможными способами».
«Я считаю, что намерения у меня были благие».
«Полностью признаю все свои действия, совершённые совместно с ГУР МО Украины, ни о чем не сожалею и ни в чем не раскаиваюсь!»
«Все эти нарисованные протоколы, все выступления так называемых экспертов, компетентность которых… которые могут быть отличными сапожниками или кондитерами, но уж точно не лингвистами».
«Инкриминируемые нам преступления согласно материалам дела — это озвученные нами дома за чаепитием мысли и взгляды».
«Мы не одиноки в борьбе против диктатуры. Спасибо друзьям Грузии! Cвободу политзаключённым! Мы не преступники!».
«Дорогой ценой приходится платить нашим согражданам за каждый шаг честной мысли».
«Невозможность мирным способом повлиять на действия властей, и уголовное преследование людей, несогласных с этим, приводит к тому, что кто-то уедет из страны, а кто-то решится принять какие-либо действия».
«Прошу оправдать».
«Я понимал, что за пять минут свободы на Красной площади я могу расплатиться годами лишения свободы».
Сегодняшние события, происходящие с нами — это эхо далёких лет, звенья одной цепи. Преемственность налицо: в каждом столетии правящий режим считал своим долгом продолжить политику насилия.
«Я семейный человек и прекрасно осознаю ценность свободы и человеческой жизни».
Нас обвиняют в захвате власти Российской Федерации. Но, извините, когда мы лично приехали жить в РФ? Мы жили в Украине и никто из нас не переезжал в Российскую Федерацию. Российская Федерация пришла к нам сама. Присоединила нашу родину Крым в состав своей страны. Причем сделала это незаконно. И это не мое личное мнение, а мнение всего мирового сообщества.
«И ничего бы не произошло. Но кому-то это уже было нужнее, чем когда-то мне».
Подписывайтесь на последние слова