«Мы искали настоящей искренности и простоты и нашли их в панк-выступлении. Страстность, откровенность, наивность выше лицемерия, лукавства, напускной благопристойности, маскирующей преступления».
Последние слова
«Если человек выступает против войны, то уж точно он не должен сидеть в тюрьме. Всякий любой здравомыслящий человек всегда против войны».
«Люди должны влиять на происходящие в стране события и делать это активно».
«Сколько ещё будет продолжаться подобная несправедливость по отношению к талышскому народу и его интеллигенции?».
«Интересно, что я такого сделал, что мне хотят дать 22 года? Моя вина, скорее всего, из-за того, что я родился, жил, вырос и работал в стране, которая называется Украина».
«Десять минут я был гражданином».
«Смысл имеют в нашей жизни только те моменты, когда мы делаем что-то правильное. Когда нам не нужно смотреть в стол, а мы можем просто посмотреть друг другу в глаза, просто поднять эти глаза. А всё остальное смысла не имеет».
«Я понимал, что за пять минут свободы на Красной площади я могу расплатиться годами лишения свободы».
«Я считаю чрезвычайно важным, чтобы граждане нашей страны были по-настоящему свободны. Это важно ещё и потому, что наша страна является самым большим социалистическим государством и — плохо это или хорошо — но всё, что в ней происходит, отражается в других социалистических странах».
«Единственной радостью в жизни для меня была моя работа, и я этим гордилась».
«Хочу также обратить внимание на то, что в результате моих действий не пострадал ни один гражданин Российской Федерации, в том числе военнослужащий. И также ни один мирный объект не пострадал».
Наша борьба никогда не носила насильственный характер
Оказывается, человеку можно на законодательном уровне отрезать язык.
«Православная культура принадлежит не только Русской православной церкви, патриарху и Путину, она может оказаться на стороне гражданского бунта и протестных настроений в России».
«Я увидел мешки на головах, провода на разных конечностях тела, сломанные рёбра, отбитые почки, люди, забитые до смерти, голод больше года, никакой медицинской помощи, люди гнили, ноги, руки, вши, клопы, два раза душ за год, в который мы сходили, — ушли грязнее, чем пришли, ещё и побитые».
«Мой срок — 15 лет, по смысловому содержанию он логичен людоедским приговорам за проскок огурцами в портрет Сталина».
«Ни проводимая режимом «охота за ведьмами», ни её частный пример — этот суд, — не вызывают у меня ни малейшего уважения, ни даже страха».
«Я прошу вынести единственно верное решение — оправдательный приговор».
«Любое общество должно договариваться, и ни в коем случае нельзя противостоять друг другу».
«Это моё твёрдое мнение: все вопросы миром решаются».
Подписывайтесь на последние слова