«Я не сожалею о своём выборе, о своей борьбе. Потому что я не совершал преступления. Преступники — это чиновники, сидящие в своих кабинетах».
Последние слова
«Мне было крайне странно и неприятно читать в уголовном деле утверждение о моих якобы антироссийских взглядах и убеждениях. Их я не разделяю... Я также не разделяю и антиукраинские взгляды и убеждения, которые присутствуют в ряде российских СМИ».
«Я всю жизнь генетически гордился и даже хвастался отчасти, что я чеченец. Потому что для меня это синоним свободы».
«Моё уголовное дело слеплено абсолютно из ничего».
«Прошу вас, при вынесении решения дайте мне шанс на исправление, возможность быстрее встретиться с моей семьёй».
«Человек, требующий справедливости для народа, не может быть врагом народа. Враги народа — это те, кто попирает его права».
«Суды ничего не решают, законы ничего не значат, а меня тут вообще нет».
«Имея совесть, предпочёл остаться с ней».
«Я семейный человек и прекрасно осознаю ценность свободы и человеческой жизни».
«Путин — хуйло!».
«Уже два года славяне убивают славян. То, что происходит, даже в страшном сне не могло привидеться. То, что мы видим, не должно было произойти никогда!».
«Ваш приговор серьёзно портит репутацию России».
«Дело совсем не в акциях, а в том, что, раздвигая поле возможностей, мы перешли дорогу тем, кто хотел бы это поколение иметь в запуганном виде, чтобы они беспрекословно шли умирать».
«...сообщая о былой службе сотрудникам лагеря для беженцев, я надеялся найти как минимум здравый смысл, как максимум — правосудие. А сейчас мне страшно. Мне страшно, что здесь, в зале суда, я могу не найти ни того ни другого».
«Воспитательной работой считается деморализация заключённого через ограничения и власть над ним, показ ему, что он низшая цепочка общества».
«Я вышла не против власти, я вышла против насилия, унижения, беззакония и лжи, потому что меня невозможно заставить смотреть и не видеть».
«Мне предъявлено обвинение, которое является угрожающим по своему социально-политическому комплексу. Но меня запугать трудно».
Невозможно никого спасать, убивая сотни тысяч людей и разрушая всё вокруг.
«Вы понимаете, что обвинение заведомо невиновного — это тоже преступление, гражданин прокурор? Вы понимаете, что любое уголовное дело через пять лет, через 10 будет поднято? И вы как обвинитель можете попасть на моё место».
«... это моё первое последнее слово в качестве подсудимой будет последним».
Подписывайтесь на последние слова