«...сообщая о былой службе сотрудникам лагеря для беженцев, я надеялся найти как минимум здравый смысл, как максимум — правосудие. А сейчас мне страшно. Мне страшно, что здесь, в зале суда, я могу не найти ни того ни другого».
Последние слова
«Весь этот год я чувствую себя жертвой величайшего абсурда, который когда-либо встречала и в жизни, и в искусстве».
«Я считаю, что намерения у меня были благие».
«... я желаю, чтоб никто не оказывался в ситуациях такого жесточайшего правового произвола, в котором оказался я».
«Несмотря на тотальную несправедливость и постоянно нависающий над нами Дамоклов меч репрессий, я, как и миллионы других, остаюсь здесь, на своей земле».
«Я больше никогда таких вещей не буду делать, никому доверять не буду, буду доверять только, кому нужно».
«В Конституции и намёка нет на то, что свобода слова может быть чем-то ущемлена».
«Эта власть существует только для того, чтобы проливать кровь народа».
«Быть диктатором — плохая идея. Очень плохая. Но даже тем, кто мог попирать права и свободы людей безнаказанно, этого не простили потомки. Имена диктаторов действительно остаются в веках, но лишь как заголовки самых чёрных страниц нашей истории».
«Я не считаю себя виновной и ещё раз прошу дать мне возможность продолжить работу вместе с моими друзьями».
«Для советского человека мерой его полноценности является его полезность обществу».
«Я вёл журналистскую деятельность в рамках закона и по стандартам журналистики».
«Главное, чтобы судья все взвесила и вынесла справедливое решение. Я не верю, что так произойдет».
«Я имею оппозиционные политические взгляды, но не экстремистские. Наблюдение на выборах и желание, чтобы выборы проходили честно, — это не экстремизм или радикализм. Желание свободы политзаключённым — это не экстремизм».
«Я протестовал против несправедливости и выполнял свой гражданский долг».
«Я считаю, что я отражаю действительность своими работами, потому что художник является в какой-то мере зеркалом».
«Невозможность мирным способом повлиять на действия властей, и уголовное преследование людей, несогласных с этим, приводит к тому, что кто-то уедет из страны, а кто-то решится принять какие-либо действия».
«Сколько лет я проведу в тюрьме — меня не пугает, я об этом даже не думаю. Я прошу у Бога только достойной жизни».
«...я прочитал воззвание патриарха, но я прочитал не с той целью, какой мне приписывается, у меня не было никакого желания чтобы это воззвание вызвало какие-нибудь последствия по отношению к советской власти, мне это в голову не приходило».
«Последнее слово останется за правдой и теми, кто её распространяет».
Подписывайтесь на последние слова