«Я прожил хорошую жизнь и ни о чём не жалею и ничего не боюсь. Никто не может отнять у меня права говорить то, что я думаю. Спасибо».
Последние слова
«Считается, что одним из смягчающих обстоятельств является «раскаяние в содеянном». В содеянном должны раскаиваться преступники. Я же нахожусь в тюрьме за свою профессиональную деятельность, честное и беспристрастное отношение к журналистике, ЗА ЛЮБОВЬ к моей семье и стране».
«...я благодарен судьбе даже за этот опыт — то, что нас не убивает, делает нас сильными».
«Даже если нас посадили и связали нам крылья, даже если нам наступают на ноги, мы не забываем, что мы блюстители и защитники закона. Мы строго соблюдаем закон и стремимся к человечности».
«На самом деле происходит борьба, война с людьми, которые не имеют ни оружия, ничего в своих домах. Ни взрывали, ни попыток даже взрывов не обсуждалось».
«Мной не преследовались никакие мотивы — ни политической вражды, ни ненависти к кому бы то ни было».
«Эта власть существует лишь ради власти, для самой себя».
«Если мне дадут реальный срок, я буду отбывать его с чистой совестью и достоинством».
«Для советского человека мерой его полноценности является его полезность обществу».
«Моё личное глубокое убеждение в том, что самый главный суд — это суд каждого человека перед самим собой».
Я считаю, что ни один из нас не имеет сейчас права на нейтралитет.
«Я думаю, что, даже не принося видимой пользы, протест против несправедливости оздоровляет общество».
Невозможно никого спасать, убивая сотни тысяч людей и разрушая всё вокруг.
«...если мои произведения не были сейчас хорошими, то я горжусь, что они будут удобрением для будущих советских Гомеров...».
«Дело совсем не в акциях, а в том, что, раздвигая поле возможностей, мы перешли дорогу тем, кто хотел бы это поколение иметь в запуганном виде, чтобы они беспрекословно шли умирать».
«... добро побеждает даже тогда, когда погибает, потому что по закону сохранения добра оно непременно найдёт, в ком поселиться».
«Последнее слово — это возможность сказать при таких же обстоятельствах, но вроде бы что-то, что будет услышано немножко больше».
«Я не распространяла фейки. У меня не было даже таких мыслей, у меня не было таких намерений. Пять с половиной лет — это суровый срок».
«Я знаю свой приговор. Я знал его ещё год назад, когда увидел в зеркале бегущих за моей машиной людей в чёрной форме и чёрных масках. Такая сейчас в России цена за немолчание».
«На протяжении всей своей жизни я являюсь противником всякой агрессии, насилия и войны».
Подписывайтесь на последние слова