«Але калі размова пра мяне – то я дакладна ведаю, чаго хачу ад жыцця: я хачу называцца беларусам, жыць у гэтай краіне і сапраўды нешта рабіць для яе».
Последние слова
«Любое общество должно договариваться, и ни в коем случае нельзя противостоять друг другу».
«...о каких противоправных действиях можно говорить, если у меня имеется семья — жена, сын».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Иногда мне кажется, что сегодня вовсе не страшно умереть, страшно жить. Но жить нужно, я в этом уверен, жить нужно обязательно».
«Я не признаю все преступные обвинения, которыми клеймят меня».
«На протяжении всей своей жизни я являюсь противником всякой агрессии, насилия и войны».
«Мы, ингуши, находимся здесь из-за того, что посмели защищать мирно и в рамках закона земли, земли нашего народа».
«Перестаньте мучить мою бабушку и моих детей. Всё».
«Я считаю эту войну тем редким конфликтом, в котором правда стопроцентно присутствует на одной стороне. И эта сторона украинская».
«Получается, что человека нарядить в террористы, свержителя власти — это гораздо проще. Я так понял, тут и доказательств никаких не требуется, просто четыре буквы, название того подразделения — "Азов"».
«В моей биографии вряд ли тоже есть что-то, что может заинтересовать суд».
«История преподает нам уроки, но не каждый способен их видеть и делать правильные выводы».
«Моя совесть чиста перед Богом, людьми и судом».
«Политика никогда меня не интересовала. Мне не доводилось участвовать ни в митингах, ни в каких-либо демонстрациях. Мною никогда и нигде не проявлялось никакой активности в социально-политической среде. У меня нет ни компетенции, ни образования в этой сфере».
«Я не считаю себя террористом и не согласен с теми обвинениями, которые выдвинуты в отношении меня. Я не знаю, как сложится дальнейшая моя судьба и жизнь, но у меня такое глубокое личное ощущение, что все-таки это какой-то косплей на правосудие больше».
«Вы осудили меня и моих побратимов. Но вы будете стоять перед судом всех последующих поколений».
«Любое учение, в том числе то, чему я учу, это учение о свободе».
«Меня обвиняют в разжигании ненависти и вражды по отношению к российским военнослужащим. А я обвиняю руководителя российских военнослужащих в разжигании войны, а армию россии — в массовых убийствах моих сограждан».
«Я не могу описать, как мне стыдно за это».
Подписывайтесь на последние слова