«В тюрьме я сижу год и один месяц. И три дня. За что сижу — за этот год так и не понял».
Последние слова
«Моё личное глубокое убеждение в том, что самый главный суд — это суд каждого человека перед самим собой».
«Мы видим, как игнорируются международное право и гарантии в отношении людей и народов».
«Сколько лет я проведу в тюрьме — меня не пугает, я об этом даже не думаю. Я прошу у Бога только достойной жизни».
«Никто не хочет разбираться, а человек сидит. И всем плевать, все просто выполняют свою работу. Ну и что, что я тоже человек?».
«Вы, пожалуйста, обещайте, что сохраните оптимизм и не разучитесь улыбаться. Потому что они победят ровно в тот момент, когда мы утратим способность радоваться жизни».
«Род моей деятельности был направлен на благо этого общества, чтобы то, что породила эта система, исчезла».
«Шестого мая я был среди самых лучших граждан нашей родины».
«То что в моей жизни теперь происходит — это следствие моего выбора: молчать или сказать то, что я думаю».
«Каждый может оказаться на нашем месте. Каждый, кто живёт в Грузии. Но если честно, всё это большое надувательство. Разве вы видите страх на моем лице? На лицах собравшихся я не вижу. Запугать нас им не удается. Знаете почему? Потому что вы замечательные».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Я воспринимаю тот срок, который был запрошен государственным обвинителем лично ко мне, как непреодолимый. И на данный момент все мои мысли сейчас с моей семьей».
«Он ни в чём не виновен, никогда не был изменником родине».
«По моему мнению человек, который бывает в храме, слышит слово Божие, должен помогать бедным, человек, который верит в Христа, должен это делать».
«Мне было крайне странно и неприятно читать в уголовном деле утверждение о моих якобы антироссийских взглядах и убеждениях. Их я не разделяю... Я также не разделяю и антиукраинские взгляды и убеждения, которые присутствуют в ряде российских СМИ».
«Говорить правду, не бояться этого, несмотря на то, что есть угроза смерти, — это дорогого стоит».
«... я благодарю каждого, кто писал мне письма на протяжении этого года».
«Я видела столько добрых и светлых лиц, я видела столько настоящих людей, что уверена – мы обязательно со всем справимся, по-другому просто быть не может».
«Я имею оппозиционные политические взгляды, но не экстремистские. Наблюдение на выборах и желание, чтобы выборы проходили честно, — это не экстремизм или радикализм. Желание свободы политзаключённым — это не экстремизм».
«Я не считаю себя террористом и не согласен с теми обвинениями, которые выдвинуты в отношении меня. Я не знаю, как сложится дальнейшая моя судьба и жизнь, но у меня такое глубокое личное ощущение, что все-таки это какой-то косплей на правосудие больше».
Подписывайтесь на последние слова