«И в 2020 году, в году президентских выборов и последующих событий, мы придерживались главного журналистского принципа — показывать жизнь такой, какой она есть, не давая ей собственных оценок».
Последние слова
«Я протестовал против несправедливости и выполнял свой гражданский долг».
«Давайте остановим это безумное уголовное преследование, обвинение, конфискации. Давайте в конце концов вспомним про закон!»
«Я не раскаиваюсь, что не уехал из России. Это моя страна, это моя Родина, и я считал, что мой голос с моей Родины будет звучать громче».
«Реальность показывает, что правда, объективность и справедливость сильнее бандитских методов МВД и КГБ. Люди не пугаются встать на путь борьбы за права!».
«Признать меня виновным, значит признать, что в России журналистская работа — это преступление».
«Нам выносят обвинительные приговоры за сомнения в том, что нападение на соседнее государство имеет целью поддержание международного мира и безопасности».
«Я хочу еще сказать, что никакие уголовные статьи, никакие обвинения не помешают нам чувствовать себя людьми, любящими свою страну и свой народ».
«У нас в камере есть телевизор, и каждый вечер там говорится о необходимости диалога. Народ Беларуси хочет диалога».
«Я хочу, чтобы, да, удовлетворили апелляционную жалобу, так как меня дома нет уже полгода. Я семье должен помогать, работу работать».
«Давайте, дорогие соотечественники, соседи по Москве и России, поверим в себя, расправим плечи, наденем лучшие костюмы и нарядные платья и вспомним все радости мягкой силы и мужества и пойдем по пути свободы».
«Я патриот и искренне переживаю за будущее нашей страны».
«Судят нас не за проступок, и вы это хорошо знаете. Нас судят в зависимости от той роли, которую мы играем в нежелательных для вас процессах».
«Я знаю свой приговор. Я знал его ещё год назад, когда увидел в зеркале бегущих за моей машиной людей в чёрной форме и чёрных масках. Такая сейчас в России цена за немолчание».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Поэтому и по сотне других причин моим последним словом будет свобода».
«Мой срок — 15 лет, по смысловому содержанию он логичен людоедским приговорам за проскок огурцами в портрет Сталина».
«От моих постов «ВКонтакте» не погиб ни один человек, не разрушен ни один дом. Не думаю, что подобное могут сказать про свои публичные выступления Путин и глава пресс-службы Минобороны Игорь Конашенков».
«Как говорил один великий писатель: “Слово способно разрушить бетон”. Но пробьётся ли оно сквозь вакуум, я не знаю».
«Мне никогда не давали возможности спросить об этом, и вот сейчас я спрашиваю: почему вы никогда не выступали примирителями? Почему вы всегда были и остаётесь чьей-то стороной и, соответственно, никогда не были центром объединения и победы страны?».
Подписывайтесь на последние слова