«... это моё первое последнее слово в качестве подсудимой будет последним».
Последние слова
«Можем вспомнить в данном случае великого писателя Джорджа Оруэлла, который писал: «Говорить правду во времена всеобщей лжи — это экстремизм». Только я перефразирую слова великого писателя и заявляю: быть честным и профессиональным журналистом, а не пропагандистом позорным — это уголовное преступление и экстремизм в путинской России!».
«Сейчас в нашей стране настало время фальши, лжи и лицемерия. Честные, порядочные, смелые – вне закона, предпочтение отдаётся подлым и трусливым. Трусость рождает подлость. Подлость ведёт к преступлению и беззаконию».
«Никакие написанные вами бумажки, никакой террор не способны остановить освобождение человека и прогресс. Мы всё равно победим!».
«Для меня мало было знать, что нет моего голоса «за», — для меня было важно, что не будет моего голоса «против».
«Мне никогда не давали возможности спросить об этом, и вот сейчас я спрашиваю: почему вы никогда не выступали примирителями? Почему вы всегда были и остаётесь чьей-то стороной и, соответственно, никогда не были центром объединения и победы страны?».
«После революции я стал полноправным гражданином СССР и до сегодняшнего дня не запятнал этого высокого звания».
«Ожидать справедливости от суда в стране, где не соблюдается верховенство права — не что иное, как глупость».
«... я не "осуждённый", я считаю, что переживаю сравнительно трудный этап борьбы за независимость».
«За что мы сидим? 8 человек! За что? За то, что мы были узбеки по национальности? За то, что мы защищали свою улицу? Свои дома, своих детей, своих жён?»
«Уголовное преследование за письма в России имеет давнюю традицию и, судя по всему, является одной из наших духовно-нравственных ценностей, учитывая те преемственность и живучесть, которые оно проявляет, невзирая на революции, войны, перестройки и другие социально-политические катаклизмы».
«Возможно, я усугубляю своё положение, но честь и совесть для меня важнее».
«Эта власть существует лишь ради власти, для самой себя».
«Я не признала вину <…>, я не собираюсь признаваться в том, чего я не делала».
«Произошла, к сожалению, большая ошибка…».
«Разве нам не нужно мирное небо над головой? Разве нам нужны провокации и теракты? Я хочу, чтобы мы и наше подрастающее поколение могли без опаски и страха гулять по своей земле».
«Я хочу сказать, что ни в коем случае не хотел никому зла и не хочу никому зла. Меня интересовало исключительно искусство».
«Репрессии в настоящее время сравнимы с репрессиями Сталина»
«Мне не дали сказать полностью свое последнее слово. Надеюсь, на днях оно появится в СМИ. Желаю удачи и больше не вляпываться в такие истории, как этот цирк. Ничего личного».
«Я верю, что весь мир ясно увидел единственную причину моего сфабрикованного ареста — устранить меня за восемь месяцев до президентских выборов 2013 года».
Подписывайтесь на последние слова