«Интересно, что я такого сделал, что мне хотят дать 22 года? Моя вина, скорее всего, из-за того, что я родился, жил, вырос и работал в стране, которая называется Украина».
Последние слова
«Аще имеете вы судить по вашим законам, то судите».
«Я боролась за каждую человеческую жизнь всеми возможными и невозможными способами».
«Власть нарушает закон, а когда получает отпор, строит из себя законника со своей 318-й статьёй».
«Если власть не хочет служит народу, то она обречена быть машиной насилия против него».
«... это моё первое последнее слово в качестве подсудимой будет последним».
«А ведь в чём сила? Сила в правде. Вот в чём настоящая сила заключается — в правоте. И перед главным судом я спокоен».
«Вы можете посадить меня в тюрьму, отправить в лагерь, но я уверен, что никто из честных людей меня не осудит».
«Как журналист я делал, на мой взгляд, всё, чтобы оставаться правдивым. Я предпочитал критиковать свою родину, но не обманывать её».
«Ваша Честь, я готов понять, что Вам очень непросто, может быть, даже страшно, я желаю Вам мужества».
«Вы так долго добивались моего обвинения, восемь лучших следователей говорили вам, что ничего нет».
«Без свободы слова, без возможности у граждан излагать свою точку зрения, не боясь попасть под правосудие, страна обречена на гибель».
Я считаю, что ни один из нас не имеет сейчас права на нейтралитет.
Мне нечего признавать. Я в чужую страну не врывался
«За что мы сидим? 8 человек! За что? За то, что мы были узбеки по национальности? За то, что мы защищали свою улицу? Свои дома, своих детей, своих жён?»
«Ваша власть — от Путина до «Единой России» — превратилась в огромную свинью, которая из корыта с деньгами хлебает. И когда этой свинье говорят: «Это вообще-то общее», свинья вытаскивает голову и говорит: «А мы тут ветеранов защищаем!»
«...современному человеку необходима религиозная литература, потому что она учит его добру, оставляет ему надежду, даёт мир его душе».
«Православная культура принадлежит не только Русской православной церкви, патриарху и Путину, она может оказаться на стороне гражданского бунта и протестных настроений в России».
«Я семейный человек и прекрасно осознаю ценность свободы и человеческой жизни».
«Я хочу вернуться к семье. Я честный офицер, который служил при законе».
Подписывайтесь на последние слова