«...только истина достойна того, чтобы посвятить ей жизнь».
Последние слова
«Я также заявляю суду, что я невиновен ни в шпионаже, ни в национализме».
«Родители воспитывали меня помогать друзьям в беде. Родители учили меня, что нужно усердно учиться и работать, чтобы стать хорошим человеком».
«Я виновата не в том, что совершила общественно опасное деяние, а в том, что оставалась верующим человеком».
«Говорить правду, не бояться этого, несмотря на то, что есть угроза смерти, — это дорогого стоит».
«Мне нравится страна, мне нравятся люди».
«Даже если нас посадили и связали нам крылья, даже если нам наступают на ноги, мы не забываем, что мы блюстители и защитники закона. Мы строго соблюдаем закон и стремимся к человечности».
«Никакие написанные вами бумажки, никакой террор не способны остановить освобождение человека и прогресс. Мы всё равно победим!».
«Власть нарушает закон, а когда получает отпор, строит из себя законника со своей 318-й статьёй».
«Я считаю проведение специальной военной операции преступлением».
«Я считаю свой поступок недопустимым, искренне сожалею о нём...»
«Будучи несогласованным губернатором, я очень сильно мешал структурам..».
«В тюрьмах сидят десятки журналистов именно негосударственных СМИ. Как будто правда бывает государственной или негосударственной. Правда — она одна».
«Невозможность мирным способом повлиять на действия властей, и уголовное преследование людей, несогласных с этим, приводит к тому, что кто-то уедет из страны, а кто-то решится принять какие-либо действия».
«Моя мотивация проста — я против войны. Я хочу лучшего будущего для России».
«Я не раскаиваюсь, что не уехал из России. Это моя страна, это моя Родина, и я считал, что мой голос с моей Родины будет звучать громче».
«В материалах дела есть фото плаката, на котором написано: «Мир. Любовь. Свобода». И я подписываюсь под каждым словом. Я хочу мира для своей родной страны».
«В Конституции и намёка нет на то, что свобода слова может быть чем-то ущемлена».
«Власть объявила войну мирным людям и сейчас представляет большую угрозу. Но настоящая власть — это мы, и мы обязательно прекратим этот ужас».
«Война, каким бы словосочетанием мы её не маркировали, пришла в их дом и нарушила их быт. И какими бы лозунгами и геополитическими интересами мы это не прикрывали, для меня это не имеет оправдания».
Подписывайтесь на последние слова