«Это не дело, это позорная фабрикация».
Последние слова
«Я порой задаю себе вопрос, что думают эти люди... когда просят выносить приговоры. Было бы проще, если бы мы видели перед собой зверей».
«Вы сейчас мне хотите дать срок, как дают за убийство. А я боролась за ваше здоровье».
«...только истина достойна того, чтобы посвятить ей жизнь».
«Я не сожалею о своём выборе, о своей борьбе. Потому что я не совершал преступления. Преступники — это чиновники, сидящие в своих кабинетах».
«Вслед за культом Сталина уже начинался культ Хрущёва. И положение в стране ещё более ухудшилось. Рабство, авантюризм, бесхозяйственность, несправедливость так и кричали на каждом углу».
«По таким надуманным обвинениям сейчас хотят решить судьбу 11 человек. Нет состава преступления!».
«Уже ушедшее поколение завещало нам всеми силами беречь мир, как самое ценное, что есть на Земле для всех её жителей. А мы пренебрегли его заветами и обесценили нашу память об этих людях и жертвах той войны».
«Реальность показывает, что правда, объективность и справедливость сильнее бандитских методов МВД и КГБ. Люди не пугаются встать на путь борьбы за права!».
«Перестаньте мучить мою бабушку и моих детей. Всё».
«Государство, провозглашая на словах борьбу с терроризмом, на деле стремится сохранить свою монополию на террор».
«Ваша власть — от Путина до «Единой России» — превратилась в огромную свинью, которая из корыта с деньгами хлебает. И когда этой свинье говорят: «Это вообще-то общее», свинья вытаскивает голову и говорит: «А мы тут ветеранов защищаем!»
«Если власть не хочет служит народу, то она обречена быть машиной насилия против него».
«Основной и единственной причиной уголовного преследования против меня является моя профессиональная деятельность — блогера-правозащитника».
«Врагом Советской власти я никогда не был».
«Да, это конец уголовного дела, но не конец нашей борьбы».
«Подобные суды не помогают устранить те беды и недостатки, о которых свидетельствуют документы Хельсинкской группы и о которых я пытался здесь говорить…».
«Единственной радостью в жизни для меня была моя работа, и я этим гордилась».
«Сегодня мы чувствуем себя на собственной земле словно непрошеные гости на чужом празднике».
«Какой бы я ни был, я такой, какой я есть, и я всех вас очень люблю. И я не могу по-другому. Я буду вас защищать так, как могу… Я считаю, что это мой долг. И я считаю, что по-другому невозможно».
Подписывайтесь на последние слова