«К большому сожалению за девять лет в Крыму при новой реальности, которая соответствует 1944-му году, ничего не изменилось».
Последние слова
«Творческие люди остро чувствуют несправедливость, они чувствуют — кто честен, а кто врет, кто вор, кто мошенник, а кто — нет».
«Я абсолютно не раскаиваюсь в том, что организовал эту демонстрацию. Я считаю, что она сделала свое дело, и когда я окажусь на свободе, я опять буду организовывать демонстрации, конечно, опять с полным соблюдением законов».
«Я политзаключённая, и моя речь тоже должна быть политической».
«Когда говорят, что «дело ЮКОСа» привело к укреплению роли государства в экономике, это вызывает у меня лишь горький смех. Те люди, которые заняты сегодня расхищением активов ЮКОСа, не имеют никакого реального отношения к Государству Российскому и его интересам».
«Есть связь между христианством и политикой. Христианство — это не только думать про добро и походы в церковь. Нужно бороться против зла. Я увидел, что зло уничтожало не только мою, но и другие страны, в том числе Грузию».
«Я вёл журналистскую деятельность в рамках закона и по стандартам журналистики».
«В моей биографии вряд ли тоже есть что-то, что может заинтересовать суд».
«Я знаю, что я не имею никакой власти над жизнью человека. Я также знаю, что мира невозможно добиться через пролитие крови».
«В адрес правительства пишутся протесты и просьбы покончить с репрессиями против верующих».
«Что 2025 год сулит всем божьим детям света и любви, способным ещё и имеющим смелость называть вещи своими именами, а голого короля-кровопийцу называть голым...».
«Я поступаю, как мне кажется, последовательно. Без всякой драмы».
«Я
остановился на тезисе, что решил отказаться после выхода из тюрьмы от любой общественно–политической активности. А я, в сущности, никогда и не хотел быть политическим активистом, у меня есть чем заняться в жизни, у меня семья, трое детей, которыми я активно занимался».
«Меня учили в советской школе быть честным и ответственным по всем вопросам — защищать природу необходимо, но только в рамках правового поля».
«Лучше с чистой совестью сидеть в тюрьме, чем быть безмолвным скотом на свободе».
«Мой отец был глубоко верующим человеком».
«Это не дело, это позорная фабрикация».
«А где же следы преступления, где инструмент преступления? Пожалуйста, откройте дело, найдите следы».
«Пытки — это признак не только несправедливости и бесчеловечности следствия, но и его слабости, беспомощности и непрофессионализма».
«Россия должна быть не только свободной, но и счастливой. Россия будет счастливой. Вот и всё».
Подписывайтесь на последние слова