«...комментарии я размещала по глупости более трёх с половиной лет назад...».
Последние слова
«Мне предъявлено обвинение, которое является угрожающим по своему социально-политическому комплексу. Но меня запугать трудно».
«Реальность показывает, что правда, объективность и справедливость сильнее бандитских методов МВД и КГБ. Люди не пугаются встать на путь борьбы за права!».
«Уже два года славяне убивают славян. То, что происходит, даже в страшном сне не могло привидеться. То, что мы видим, не должно было произойти никогда!».
«Я не террорист и не убийца. На моих руках нет ни капли крови. И единственное, что можно мне вменять — это собственное мнение и неугодные политические убеждения».
«Всё, что я сегодня говорю в судах, — дань памяти той стране, для которой писались законы, по которым меня главным образом и судят».
«Врагом Советской власти я никогда не был».
«Я не считаю себя террористом и не согласен с теми обвинениями, которые выдвинуты в отношении меня. Я не знаю, как сложится дальнейшая моя судьба и жизнь, но у меня такое глубокое личное ощущение, что все-таки это какой-то косплей на правосудие больше».
«Разве нам не нужно мирное небо над головой? Разве нам нужны провокации и теракты? Я хочу, чтобы мы и наше подрастающее поколение могли без опаски и страха гулять по своей земле».
«Это моё твёрдое мнение: все вопросы миром решаются».
«Я не сожалею о своём выборе, о своей борьбе. Потому что я не совершал преступления. Преступники — это чиновники, сидящие в своих кабинетах».
«...только истина достойна того, чтобы посвятить ей жизнь».
«Я не раскаиваюсь, что не уехал из России. Это моя страна, это моя Родина, и я считал, что мой голос с моей Родины будет звучать громче».
«Остановим войну вместе через полную демилитаризацию и денацификацию России от путинских фашистов и нацистов русского мира».
«Мы прожили не зря жизнь — мы подготовили себе замену. Пришли новые поколения беларуских правозащитников, которые нашу деятельность продолжают. А естественный ход жизни остановить невозможно: после зимы наступает Весна, и Весна наступит необратимо».
«Я чувствую себя участником удивительного исторического процесса — процесса национального возрождения советского еврейства и его возвращения на родину, в Израиль».
«Главное, чтобы судья все взвесила и вынесла справедливое решение. Я не верю, что так произойдет».
«Следствие и обвинение, вместо того чтобы разобраться в существе дела, поспешило сшить дело белыми нитками. Чёрное дело — белыми нитками».
«Меня судят не за совершение преступления, признанного экстремистским, а за мои религиозные убеждения, за то, что я читаю Библию и живу в согласии с волей Бога».
«А где же следы преступления, где инструмент преступления? Пожалуйста, откройте дело, найдите следы».
Подписывайтесь на последние слова