«Я порой задаю себе вопрос, что думают эти люди... когда просят выносить приговоры. Было бы проще, если бы мы видели перед собой зверей».
Последние слова
«Знайте, что в вашей стране по сей день продолжают арестовывать людей за убеждения, как в страшные сталинские времена».
«Работники КГБ и гражданин прокурор могут обвинить меня в чём угодно, но они не могут обвинить меня в неискренности».
«Оказавшись здесь, я воочию увидел, что только в Российской Федерации можно, сидя в тюрьме, стать террористом.»
«Они не понимают, что украинцам не нужен никакой старший брат. Не нужен никакой, тем более уж, триединый русский народ».
«За искусство судить недопустимо».
«Моя мотивация проста — я против войны. Я хочу лучшего будущего для России».
«Вы такие же молчаливые рабы режима, слуги дьявола и палачи, губящие добрых, свободномыслящих и свободноговорящих, невиновных людей».
«Для себя я требую максимального срока лишения свободы. Потому что я вас — презираю. Ходить с вами по одной земле и жить с вами в одном государстве — я не буду».
«Я позволила себе роскошь мыслить, а это, очевидно, нельзя. Поэтому я нахожусь на скамье подсудимых. Я ничего не прошу у суда, кроме справедливости».
«... я благодарю каждого, кто писал мне письма на протяжении этого года».
«Нельзя добиваться справедливости только для себя и заставлять молчать свою совесть, когда нарушается справедливость в отношении других».
«Мы искали настоящей искренности и простоты и нашли их в панк-выступлении. Страстность, откровенность, наивность выше лицемерия, лукавства, напускной благопристойности, маскирующей преступления».
«Ислам – явление идеологическое, а разве можно победить идеологию путем физического уничтожения ее носителей? Репрессиями можно добиться видимости внешнего спокойствия, сбить волну уличного протеста, заткнуть цензурой источники нежелательной информации, но никакое насилие не способно предотвратить понимание людьми тупиковости пути, по которому идёт страна».
«Какой бы приговор сегодня ни прозвучал, я не откажусь от своей веры. Моя вера — это неотъемлемая часть моей жизни, без которой она лишится смысла».
«Единственной радостью в жизни для меня была моя работа, и я этим гордилась».
«Я не погрешу против истины, если скажу, что каждый человек в этом зале желает одного и того же — мира».
«Эта власть не может отнять у нас нашу чистоту. Да, она может распространять разврат в обществе, но не способна отнять чистоту у верующих».
«Я — российский политик, а политикой в условиях СВО возможно заниматься только внутри страны».
«Я и мой народ с этой реальностью не согласились и не сломаемся, нас можно убить, но невозможно сломать».
Подписывайтесь на последние слова