«Я считаю свой поступок недопустимым, искренне сожалею о нём...»
Последние слова
«Я в третий раз сижу по политическим статьям. Я единственный в России трёхкратный политзек, и я горжусь этим».
«Я думаю, что, даже не принося видимой пользы, протест против несправедливости оздоровляет общество».
Наша борьба никогда не носила насильственный характер
«Меня судят за текст. А значит, суду придётся оценивать не последствия действий, а смыслы, которые за моими словами стоят».
«Моё уголовное дело слеплено абсолютно из ничего».
«Не скрою, моя мечта — независимость».
«Девять запрошенных лет — наверное, это признак какого-то уважения к тому, что я делал».
«Посадят нас — наше дело продолжат наши дети. Посадят детей — продолжат внуки. Посадят внуков — освободимся мы, и будем бесконечно продолжать отстаивать свое законное право, пока справедливость не восторжествует»
«Я имею оппозиционные политические взгляды, но не экстремистские. Наблюдение на выборах и желание, чтобы выборы проходили честно, — это не экстремизм или радикализм. Желание свободы политзаключённым — это не экстремизм».
«В здешней наэлектризованной, фантастической атмосфере врагом может считаться всякий «другой» человек. Но это не объективный способ нахождения истины».
«Я еще раз благодарю Бога..».
«Он ни в чём не виновен, никогда не был изменником родине».
«Я также заявляю суду, что я невиновен ни в шпионаже, ни в национализме».
«На самом деле происходит борьба, война с людьми, которые не имеют ни оружия, ничего в своих домах. Ни взрывали, ни попыток даже взрывов не обсуждалось».
«Я дитя диссидентского движения СССР и Перестройки. Демократические ценности считаю частью себя. Никто не запретит мне называть войну войной, геноцид — геноцидом, Путина — фашистом. В том числе и публично. Я не боюсь лишения свободы в том смысле, каким оно понимается агрессивно послушным большинством».
«Уважаемый суд, я ожидаю от вас только справедливого решения».
«Я видела столько добрых и светлых лиц, я видела столько настоящих людей, что уверена – мы обязательно со всем справимся, по-другому просто быть не может».
«Быть диктатором — плохая идея. Очень плохая. Но даже тем, кто мог попирать права и свободы людей безнаказанно, этого не простили потомки. Имена диктаторов действительно остаются в веках, но лишь как заголовки самых чёрных страниц нашей истории».
«Следствие и обвинение, вместо того чтобы разобраться в существе дела, поспешило сшить дело белыми нитками. Чёрное дело — белыми нитками».
Подписывайтесь на последние слова