«Да, это конец уголовного дела, но не конец нашей борьбы».
Последние слова
«Ответьте на вопрос: живёте ли вы сейчас лучше, чем жили 10 лет назад? Если ваш ответ «нет» — действуйте! И вы сможете изменить жизнь к лучшему».
«Безнравственностью является кража и продажа депутатского мандата, фальсификация выборов, лишение последнего куска хлеба народа и ограбление страны».
«Я вынужден говорить о себе, потому что моя судьба — это судьба моего народа, моя честь — это его честь».
«Суды ничего не решают, законы ничего не значат, а меня тут вообще нет».
«Уголовное преследование за письма в России имеет давнюю традицию и, судя по всему, является одной из наших духовно-нравственных ценностей, учитывая те преемственность и живучесть, которые оно проявляет, невзирая на революции, войны, перестройки и другие социально-политические катаклизмы».
«Мы боролись за свои права и будем бороться, как я всегда говорю, в правовом поле, конституционно. Мы не собираемся брать оружие и воевать, проливать кровь».
«Род моей деятельности был направлен на благо этого общества, чтобы то, что породила эта система, исчезла».
«Репрессии в настоящее время сравнимы с репрессиями Сталина»
«Они не понимают, что украинцам не нужен никакой старший брат. Не нужен никакой, тем более уж, триединый русский народ».
«В тюрьмах сидят десятки журналистов именно негосударственных СМИ. Как будто правда бывает государственной или негосударственной. Правда — она одна».
«Фейком было обвинение нас в участии в террористических организациях, названия которых мы в итоге не услышали в суде ни от одного свидетеля и ни по одному доказательству».
«Я верю, что весь мир ясно увидел единственную причину моего сфабрикованного ареста — устранить меня за восемь месяцев до президентских выборов 2013 года».
«Никакого преступления я не совершала. Это всё неправда».
«Мы, ингуши, находимся здесь из-за того, что посмели защищать мирно и в рамках закона земли, земли нашего народа».
«Ни один здравомыслящий человек не считает, что критиковать отдельные положения законов, вносить поправки к ним — является преступлением».
«Я не иностранный агент. Я гражданин России».
«Я не хочу говорить на языке войны, я хочу говорить на языке мира. Этот язык доступен каждому».
«Я вёл журналистскую деятельность в рамках закона и по стандартам журналистики».
«Мне жалко детей, жалко своих внуков. Мне очень стыдно, очень позорно, я признаю вину».
Подписывайтесь на последние слова