Последнее слово
«Я не согласен с результатами выборов, так как государство действует в интересах одного лица, и соглашаться с ними глупо, я не понимаю, почему это происходит».
Настал день, когда я сожалею, что я не оратор. Мы живем, как в сказке — «Скотном дворе» Оруэлла. Мне хотелось бы увидеть потерпевших и извиниться перед ними за то, что случилось с ними в ту ночь.
Статью 214-ую я воспринимаю как оскорбление: я профессиональный водитель, мне известно, что такое насилие и агрессия за рулём, поэтому совершить подобное значило бы для меня предать самого себя.
Желал ли я завладеть транспортом? Нет, меня не было в момент совершения преступления. Это дело случая и соответствует статье 26 Уголовного Кодекса о невиновном причинении вреда. Я не отрицаю, что перегнал автомобиль, но видеозапись показывает, что руководителя у этой группы не было. А согласно статье 16 о соучастии использование лица, которое не догадывается о его участии, влечёт ответственность того, кто управляет им. Я взял ключи у человека, перегнал автомобиль по его просьбе и вернул его ключи. Кто в ту ночь был с пистолетом и его мнение меня мало интересовало, как и предложение въехать в ОМОН.
Я отказался от совершения преступления.
Я вытер отпечатки, да, я это сделал — после поступившего предложения. Я видел кордон ОМОНа и действовал спонтанно.
Был угон? Не было. Была группа лиц? Нет. Доказано? Нет. Это доказывает видеозапись.
По поводу моего обвинения по 293-ьей статье: их (массовых беспорядков) не было вовсе, мне вменяют то, что я перегнал авто. Но видео доказывает, что этого не могло быть. Беспорядки — это хаотичная раскидка гранат, а вменение мне бурых пятен на асфальте… Таким образом можно вменить мне всё. Два гражданина могут разбить лица друг другу — и меня можно обвинить в этом?
Ни одного пункта массовых беспорядков из УК не было.
Иск необъясним. Я не против оплатить 200 метров на автомобиле, но объясните мне, за что я должен платить? Убрав из точки А автомобиль и поставив его в точку Б — он бы создавал препятствия. Это малозначительность преступления. Согласно части четыре статьи 11 Уголовного кодекса это малозначительность деяния, которое не причинило существенного вреда охраняемым интересам. Всё, что я совершил, это правонарушения по статьям 23 точка 34 и 18 точка один Кодекса административных правонарушений.
Подобное недопустимо в правовом государстве, меня полгода держат в плену. Государственные СМИ обвинили меня в том, что я был одним из нападавших.
Я не согласен с результатами выборов, так как государство действует в интересах одного лица, и соглашаться с ними глупо, я не понимаю, почему это происходит. Сейчас сотни сидят ни за что, и они находятся в плену у одного человека, который заявлял о своих преступлениях.
2 февраля 2021 года,
Суд Советского района, г. Минск, Беларусь.
Источник: Правозащитный центр «Вясна».
Подробнее: «Политзаключённые в Беларуси».
Фото: Правозащитный центр «Вясна».
