Евгений Меркис

Последнее слово

«За самые благие намерения и просто правдивые высказывания людей задерживают, избивают, сажают в тюрьму и даже подвергают пыткам».

С детства меня учили жить честно, не воровать, не причинять никому вреда, не быть эгоистом, говорить правду и развивать в себе другие хорошие качества. И я стремился жить в правде и с правдой. Но, к сожалению, сейчас в моей родной Беларуси это стало чрезвычайно сложно, даже опасно. За самые благие намерения и поступки, просто за правдивые высказывания людей задерживают, избивают, сажают в тюрьму и даже подвергают пыткам. Всё перевернулось с ног на голову: те, кто лжёт, обманывает, запугивает других, клевещет на них и просто бездумно выполняет преступные приказы, — именно такие люди занимают высокие посты и пользуются большим уважением. А тот, кто не согласен с таким порядком, оказывается за решёткой.

Самое страшное в этом то, что Беларусь превратилась в территорию всеобщей безответственности. Каждый пытается сбросить с себя всякую ответственность и как можно дальше уйти от угрызений совести. Оправдывая свои поступки, все любят указывать пальцем вверх или произносить знаменитое «ну, ты же знаешь, как это бывает…». К сожалению, такой подход преобладает на всех уровнях нашего государства.

Но я этого не понимаю! И, слава Богу, есть люди, которые не только не понимают этого, но и всё активнее пытаются изменить ситуацию к лучшему. Всё больше и больше людей не хотят больше продолжать этот самообман, терпеть ложь, допускать преступления и разрушать будущее своей родины.

Я никого не обманывал, ничего не крал, никого не насиловал, никого не убивал и уж тем более не участвовал в деструктивной или экстремистской деятельности. Напротив, на протяжении всей своей сознательной жизни я прилагал все усилия для того, чтобы наша родина жила лучше, цивилизованнее, а люди понимали существующие проблемы, искренне их обсуждали и решали.

С самого начала уголовного дела против меня я наблюдаю непрекращающиеся попытки очернить независимую журналистику и, в частности, моё имя. Меня постоянно изображают преступником, негодяем, врагом государства и общества, Иудой, Казановой и Усамой бен Ладеном одновременно. Подход здесь формальный, ведь никто не выясняет, нанесли ли мои действия какой-то реальный вред государству. Никто не доказывает, что это экстремизм, что это всё ложь и в ней нет ни капли правды. Мне показывают репортажи о том, как беларуский рубль улучшает свои позиции и укрепляется, видеоролики с традиционных народных праздников и искренние описания того, что происходит в Беларуси. Если всё это экстремизм, то наше общество глубоко больно. Ведь говорить правду — это не экстремизм и не преступление.

Только благодаря правде можно своевременно выявлять проблемы и ошибки в развитии государства, поэтому независимые журналисты, которые своевременно и всесторонне освещают события и привлекают внимание к проблемам, требующим решения, ни в коем случае не являются врагами правительства, а, напротив, теми, кто помогает ему более эффективно решать поставленные перед ним задачи.

Но наше правительство вместо искреннего диалога затыкает рот всем, кто с ним не согласен, и сажает таких людей в тюрьму. Особенно печально наблюдать за ситуацией, когда среди нас царит атмосфера страха и взаимного недоверия, тем более что мы и так десятилетиями жили во лжи в советскую эпоху. И, как мы знаем, это закончилось для нас не лучшим образом. Власти сознательно создают атмосферу страха, раздора, взаимного недоверия, двойного или даже тройного мышления, в которой правда замалчивается, а людей с детства учат не высказывать вслух то, что они на самом деле думают.

Я искренний патриот своей страны, Беларуси, и моя совесть чиста. Я трудился и всегда делал всё, чтобы моя Родина стала лучше. Но теперь они намерены лишить меня этой возможности и запереть на долгие-долгие годы. И такая судьба теперь ждёт не только меня, но и тысячи честных беларусов. При этом я не понимаю, чего они надеются этим добиться, кроме как удержания режима у власти в Беларуси. Какая польза государству от бессмысленных и позорных репрессий? Беларуская тюрьма никого не перевоспитывает, а наоборот, уничтожает.

Авторитарная диктатура сменится эпохой политического выбора, плюрализма мнений и подлинного верховенства закона. Виновные в преступлениях, в каких бы ведомствах или ветвях власти они ни служили, будут наказаны. Но самым большим наказанием для них станет позорная память.

В то же время, чтобы изменить ситуацию к лучшему, нужно всего лишь перестать жить во лжи и перестать убегать от реальности. Это так просто: не лгите, не преследуйте, не сажайте в тюрьму невиновных, не будьте пассивными, а будьте активными. Нам нужно вести честный диалог с теми, кто смотрит на вещи иначе, а не избивать их и сажать тысячами в тюрьмы. И прежде всего мы не должны наказывать независимую журналистику и её представителей за их честную работу.

Высокий суд! Это отнюдь не моё последнее слово. Это всего лишь моя заключительная речь в этом суде по данному уголовному делу. А в моей жизни будет ещё много выступлений — перед гораздо более многочисленной аудиторией. Что же касается последнего слова – последнее слово останется за правдой и за теми, кто её распространяет!

Оригинал последнего слова на беларуском языке

З самага дзяцінства мяне вучылі жыць сумленна, не красці, не рабіць нікому шкоды, не быць эгаістам, казаць праўду ды іншым добрым якасцям. І я імкнуўся жыць у праўдзе і з праўдай. Але, на вялікі жаль, цяпер у роднай Беларусі гэта стала надзвычай цяжка, а то і небяспечна. За найлепшыя намеры і ўчынкі і проста праўдзівыя выказванні людзей затрымліваюць, збіваюць, садзяць у турмы і нават катуюць. Усё стала да гары нагамі: тыя, хто хлусіць, маніць, здзекваецца з іншых, агаворвае іх і проста бяздумна выконвае злачынныя загады дабіваюцца высокіх пасадаў і ў пашане. Любы нязгодны з такім парадкам апыноўваецца за кратамі.

Самае страшнае ў гэтым – тое, што Беларусь стала тэрыторыяй усеагульнай безадказнасці. Усе імкнуцца скінуць з сябе любую адказнасць і збегчы як мага далей ад згрызотаў сумлення. У апраўданне сваіх дзеянняў усе любяць паказваць уверх або кажуць славутае “ну, вы ж самі ўсё разумееце…”. На вялікі жаль такі падыход пануе на ўсіх узроўнях нашай дзяржавы.

Але я не разумею! І, дзякуй Богу, тых, хто не толькі не разумее гэтага, але і спрабуе змяніць сітуацыю да лепшага ўсё болей. Усё больш тых, хто не хоча і надалей займацца гэтым самападманам, цярпець хлусню, дапускаць злачынствы і псаваць будучыню роднага краю.

Я нікога не падмануў, нічога не скраў, нікога не згвалціў, не забіваў і ўжо дакладна не займаўся дэструктыўнай ці нават экстрымісцкай дзейнасцю. Усё свядомае жыццё я наадварот прыкладаў усе намаганні, каб нашая Радзіма жыла лепей, больш цывілізавана, а людзі разумелі наяўныя праблемы, шчыра іх абмяркоўвалі і вырашалі.

Ад самага пачатку крымінальнай справы супраць мяне я назіраю нязменныя спробы ачарніць незалежную журналістыку і маё імя ў прыватнасці. З мяне паслядоўна робяць злачынцу, мярзотніка, ворага дзяржавы і грамадства, Іуду, Казанову і Усаму бен Ладэна адначасова. Назіраецца фармалізаваны падыход, бо ніхто не разбіраецца ці нанесеная маімі дзеяннямі нейкая сапраўдная шкода дзяржаве. Ніхто не даказвае, што гэта – экстрэмізм, што ўсё гэта – хлусня і ў гэтым няма праўды. Мне паказваюць сюжэты пра тое, як беларускі рубель паляпшае свае пазіцыі і ўмацоўваецца, відэа з традыцыйных народных святаў, шчырае апісанне таго, што і як дзеіцца ў Беларусі. Калі ўсё гэта – экстрэмізм, то нашае грамадства глыбока хворае. Бо казаць праўду – не экстрымізм і не злачынства.

Толькі дзякуючы праўдзе можна своечасова выяўляць праблемы і памылкі ў развіцці дзяржавы, таму незалежныя журналісты, каторыя своечасова і рознабакова асвятляюць падзеі і звяртаюць увагу на тое, што трэба вырашаць – зусім не ворагі для ўлады, а наадварот тыя, хто дапамагае ёй больш эфектыўна выконваць пастаўленыя перад ёй мэты і задачы.

Але ж нашая ўлада замест шчырага дыялога затыкае ўсім нязгодным з ёю рот і содзіць такіх людзей за краты. За сітуацыяй з атмасферай страху і ўзаемнага недаверу, якая ў нас запанавала і забуяла, асабліва прыкра назіраць і з-за таго, што мы ўжо жылі дзесяцігоддзямі ў хлусні за савецкімі часамі. І, як мы ведаем, нічым добрым гэта ў выніку для нас не скончылася. Ўлада свядома стварае атмасферу страху, варажнечы, узаемнага недаверу, двайнога, а то і трайнога мыслення, калі праўду замоўчваюць і вучацца з дзяцінства не казаць услых таго, што насамрэч думаюць.

Я – шчыры патрыёт сваёй краіны – Беларусі і маё сумленне чыстае. Я працаваў і заўжды рабіў усё, каб родны край станавіўся лепей. Але цяпер мяне збіраюцца пазбавіць гэтай магчымасці і пасадзіць на доўгія, доўгія гады за краты. І такі лёс цяпер чакае не толькі мяне аднаго, а тысячы сумленных беларусаў ды беларусак. Пры гэтым я не разумею, чаго хоча дамагчыся гэтым, акрамя ўтрымання ўлады ў адных руках, дзейсны ў Беларусі рэжым. Якая карысць дзяржаве ад бяздумных і ганебных рэпрэсій? Беларуская турма дакладна нікога не выпраўляе, а наадварот разбурае.

Замест аўтарытарнай дыктатуры наступяць часы палітычнай альтэрнатывы, плюралізму меркаванняў і сапраўднага вяршэнства закону. А вінаватыя ў злачынствах, у якіх бы ведамствах ці галінах улады, на якіх бы пасадах яны не працавалі, панясуць пакаранне. Але самым галоўным пакараннем для іх будзе ганебная памяць.

Пры гэтым каб змяніць сітуацыю да лепшага кожны мае ўсяго толькі перастаць жыць у хлусні і не бегчы ад рэальнасці. Гэта ж так проста: не хлусіць, не пераследваць, не саджаць невіноўных, не быць пасіўнымі, а быць актыўнымі. Трэба весці шчыры дыялог з тымі, хто інакш глядзіць на рэчы, а не збіваць іх і садзіць тысячамі ў турмы. І ўжо тым больш нельга караць незалежную журналістыку і яе прадстаўнікоў за сумленную працу.

Высокі суд! Гэта – зусім не маё апошняе слова. Гэта – усяго толькі мая апошняя прамова ў гэтым судзе па гэтай крымінальнай справе. А розных прамоў у маім жыцці будзе яшчэ мноства, прычым перад значна большай аўдыторыяй. Ну а апошняе слова – апошняе слова будзе за праўдай і тымі, хто яе распаўсюджвае!

30 мая 2023 года.
Гомельский областной суд, Гомель, Беларусь.

Источник: https://homeldays.org/
Подробнее: Правозащитный Центр «Вясна».
Фото: Правозащитный Центр Вясна.