«Вы не найдёте нарушений, если вы будете честно проводить экспертизу, вы не найдёте нарушений вашего законодательства в этих пяти предложениях».
Последнее слово
«Мой метод традиционен. Ученики ко мне приезжают заниматься, сдают на хэкерский уровень и возвращаются защищать свой бизнес, свои семьи, свои страны. Они не занимаются нападением на соседей, не занимаются преступной деятельностью, служат своим народам с использованием обретённых навыков, будучи достойными гражданами. А метод ФСБ, вот он — делать из законопослушных граждан преступников».
Уважаемый суд, уважаемые слушатели, уважаемые читатели!
Тайное всегда становится явным. На каждый роточек не накинешь платочек. Не пеняй на зеркало, коли рожа крива.
История буддизма — это история побед над невежеством. И Будда побеждает не потому, что вы занимаете ту сторону, которая выигрывает. Будда побеждает, потому что вы прекращаете заниматься сиюминутной ерундой, уделяете внимание тому, что действительно важно в данный момент.
В этом году исполнится 30 лет со дня открытия первой школы хакерства, которую я чуть позже назвал гражданской. Назвал так, чтобы подчеркнуть – мы не являемся силовой структурой. Мы занимаемся изучением высоких технологий, образованием, воспитанием достойных граждан не только России, своих стран. За эти 30 лет я изъездил много стран ближнего и дальнего зарубежья, посещал в том числе Киев и Минск, Вильнюс и Ригу, Нью-Йорк и Сан-Франциско. Главной ареной моей жизни всегда была Москва. Здесь у меня больше всего учеников разных вер, разных национальностей, разных политических взглядов.
Всегда я воспринимал раздор между странами, между народами как нечто дурное, как страдания, которые следует пресекать. Это соответствует Учению Будды. И в мае 2010 года, когда я в Москве принял обет бодхисаттвы мастера дзэн Джордана Торна, моя педагогическая миссия стала миссией дзэн в России. Я перестал преподавать в государственных учреждениях. Религия в России отделена от государства. Кто хотел у меня учиться, приезжал ко мне домой. Некоторые учились медитации, некоторые изучали хакерство. Я оставался и остаюсь тем, кто объединяет оба великих пути.
Сейчас я иду к монашескому постригу в той же традиции Сото Дзэн. И данный уголовный процесс вызван не тем, что я совершил, якобы, некое преступление. Причина происходящего — это интриги лейтенанта регионального отделения ФСБ, который написал рапорт, подсунул следствию своего эксперта единственно с целью создания препятствия на Великом Пути. Такие препятствия известны в буддийской традиции с древних времен. Они восходят к тому, когда основатель буддизма Будды Шакьямуни, сидя под деревом просветления, увидел утреннюю звезду, достиг просветления. Его пытались сбить с пути, сбить с толку.
И одно из таких — рассказывает легенда, что это было видение полчища воинов. Тогда, говорят это в легенде, что это воины царя Мары, князя иллюзии. Может, кто-то ассоциирует это сатаной, с дьяволом. Вот, в общем, силовики того времени набросились на Будду. Будда сидел под деревом. Для него это все закончилось достаточно быстро. Будда вышел к монашескому сообществу. Так и началось монашество, в конечном итоге.
То есть, мы с таким сталкивались. И чтобы помочь новому человеку войти в монашескую общину, здесь требуется, конечно, поддержка самой общины Будды, поддержка своей традиции, поддержка всех буддистов. Поддержка у меня есть. Вы её видите, ваша честь. И я к этому приду. Не знаю, это будет в этом году или через восемь лет, но правда, она всегда торжествует, а тайное, все эти интриги, всё это станет явным.
Мы все наблюдали миссию «Артемида-2» по облёту вокруг Луны. Она выполнена американцами и одним канадцем, но важна для всего человечества. Освоение космоса начато в Советском Союзе, где я и многие из нас родились. Но это открыло возможность таких полётов, в том числе, гражданам Соединённых Штатов. Миссия Гражданской школы хэкеров, она не менее важна. Начав хакерское образование в 1996 году, когда окружающим было непонятно, можно ли…
Судья: Илья Владимирович, в соответствии со статьёй 93 я не мог ограничить вас в выступлении с последним словом, но я могу вас ограничить, когда ваше выступление должно касаться обстоятельств, имеющих отношении к рассматриваемому уголовному делу. Будьте любезны, пожалуйста, ближе к материалам уголовного дела инкриминируемого вам преступления.
Я описываю случай, когда ФСБ до этого втыкала мне палки в колеса, мешалась под ногами и стремилась плевать в общий колодец, из которого все пьют. Но то, что здесь устроил лейтенант Баташин, проходящий по нашему делу в качестве свидетеля, конечно, превосходит по наглости и разрушительному воздействию все их прошлые попытки. Он поставил свои узкие ведомственные интересы выше интересов России. Увы, некоторые хакеры действительно работают на ФСБ, некоторые на СБУ, украинскую спецслужбу, и вовлеченные в этот крупный международный конфликт, они вынуждены сражаться друг с другом. Но это пройдет, как проходило множество войн и конфликтов в прошлых веках. А наша задача, задача России — не остаться у разбитого корыта.
Школа дзэн, к которой я принадлежу, и одеяние которой ношу, соблюдает нейтральность. Я соблюдаю нейтральность. Я не покинул Москву, свой город в эти переломные годы, не присоединился ни к одной из враждующих сторон – ни к той, ни к другой. Я продолжаю медитировать в родном городе, разрабатываю программируемое устройство «Электроника МК-261» для гражданских применений, продолжая традицию советских калькуляторов, на которых сам вырос. Увы, из-за ареста я не могу сейчас этим заниматься так продуктивно, как ранее, когда разрабатывал этот проект без копейки государственного финансирования.
Отношения между политиками и их последователями меняются, а технологии сохраняются, и совершенствовать их надо в любом случае. Этот процесс наглядный пример, почему для основания школы хакерства мною был выбран алмаз Дзэн, и почему её нельзя основывать на песке спецслужб и других государственных учреждений. Я учу хакерству, что включает технологии защиты, нападения, но также призываю соблюдать законы своей страны, соблюдать Конституцию своей страны. Эта позиция общая для дзэн. На этом мастера Японии строят и свои японские школы боевых искусств. Моё поколение и более старшие люди помнят, как трудно приживалось каратэ в позднем СССР. Мастера каратэ не нарушали закон, но КГБ мешал их тренировкам, бросал их в тюрьму. Некоторые погибли. Мы занимались в подвалах, чтобы не привлекать к себе, привлекать меньше внимания. В конечном итоге каратэ победило невежество. Сейчас в России работают несколько крупных ассоциаций и федераций боевых искусств. Русские каратисты успешно выступают на международных соревнованиях, занимают призовые места. Это верно для иностранного учения, заимствованного нами из Японии. То же самое верно и для русского учения, основанного на дзэн. Когда приезжают учиться хакерству уже к нам в Москву, будет ли доверие к нашему учению, если его возглавляют агенты ФСБ? Очень в этом сомневаюсь.
Всё тайное однажды становится явным. Мой метод традиционен. Ученики ко мне приезжают заниматься, сдают на хакерский уровень и возвращаются защищать свой бизнес, свои семьи, свои страны. Они не занимаются нападением на соседей, не занимаются преступной деятельностью, служат своим народам с использованием обретённых навыков, будучи достойными гражданами. А метод ФСБ вот он – делать из законопослушных граждан преступников, сажать по надуманным предлогам в СИЗО, где молодой человек или девушка, решившие соблюдать закон и хотящие просто быть совершенным в технологиях, знать, как работают компьютеры – они вынуждены проводить 24 на семь с уголовниками, вписываться в преступные иерархии криминального мира, заводить сомнительные знакомства. Если свежий огурец засунуть в банку, в рассол к солёным огурцам, он сам станет солёным.
Меня учение дзэн, учение Будды предохраняет от такой судьбы. Но этот процесс показывает, почему основывать изучение компьютеров надо не на такой манипуляции, не на том, чтобы человека делать преступником, потом предлагать ему покровительство, не знаю, вербовать, а чтобы люди могли доверять учителям, могли доверять своему пути и оставаться свободными людьми. Любое учение, в том числе то, чему я учу, это учение свободы. Меня здесь пытаются засунуть за решётку по совершенно надуманному предлогу.
В своей публикации я никого не оскорблял. Я проявлял уважение ко всем сторонам. Моя публикация была вызвана сочувствием. Она не содержит каких-то утверждений о том, почему умерли те люди в Херсоне, о судьбе которых я беспокоился, по которым священники делают похороны, проводят ритуалы для умерших людей. Это невозможно запретить. Жаль, что люди умерли, но это подтверждается, то, что там были трупы, подтверждается не только моими наблюдениями, тем, что я смотрел на Ютубе. Это подтверждается публикациями в том числе с русской стороны. Эти материалы есть в деле.
Принимая буддийский обет, я принимал обет говорить правду. И когда здесь начинают от моего имени говорить, что я говорил ложь, это, конечно, большой вызов мне, большой вызов традиции.
Эти два года были для меня сложными. Но если суд будет настаивать на том, что я совершал какое-то преступление, конечно, я продолжу говорить правду. Мы продолжим обращаться в апелляционные инстанции. Будем добиваться моего освобождения. И одна из вещей, которую необходимо сказать и которую я говорил в течение вот этих 30 лет, это то, что свобода слова — это не чья-то выдумка, что это то, на чём строится такая прекрасная вещь как интернет. И моё поколение и предыдущее поколение построили эту всемирную сеть, провели её в Россию. И задача того поколения, которое сейчас, сохранить этот интернет. Он основывается как раз на том, что люди могут быть честными друг с другом, люди могут свободно говорить, выражать свои мысли, делиться своими мыслями, в том числе в социальных сетях.
И то, что сейчас развитие законодательства пошло по пути, который противоречит свободе слова, приводит к тому, что появляются перебои в работе интернета, в работе банковских структур. Это то же самое, потому что пытаются разрушить тот камень, который лежит в основании такой замечательной сети, как интернет. Он приводит к тому, что единая сеть разбивается на множество мелких национальных сеточек. В одной из них нам запрещено критиковать одного политического лидера, в другой — другого политического лидера, в третьей — третьего. Но это разрушение не останавливается. Потому что каждый чиновник поменьше тоже хочет, чтобы его не критиковали, и оно будет дальше и дальше разбиваться. Эти маленькие сеточки уже существуют. Они существуют внутри корпораций, существуют внутри ведомств различных силовых, военных ведомств.
То есть, Россия не получает ничего нового, нарушая свободу слова. Наоборот, она разрушает то, что является ценностью для всего человечества, то, что удалось построить благодаря тому, что человечество объединилось, когда столкнулось с врагами человечества. Объединилось вокруг вот этих принципов, среди которых свобода слова — один из основополагающих принципов, важный для той деятельности. Я часто встречал людей, учеников, которые не понимали важности этих вещей. То есть их кто-то обругал в интернете, они стремятся как-то отомстить обидчику, и начинают нервничать, потому что не все люди в интернете их любят, не все говорят хвалебные слова в их адрес. Эти конфликты неизбежно возникают. И решать их можно двумя путями.
Первый путь — это воспитывать себя, чтобы каждый человек, в том числе имеющий какой-то государственный авторитет, власть имеющий, он понимал, что да, в интернете могут говорить и хорошие, и плохие вещи про него. И если не нравится, что говорят плохие вещи, может быть, вести себя надо как-то по-другому. А вторая вещь — это охотиться за всеми людьми, кто говорит то, что вам неприятно, и сажать их в тюрьму, принимать законы, подобные статье 207.3.
Обычно люди, которые сталкиваются с интернетом, понимают это через некоторое время, в общении с интернетом, вообще с любой телекоммуникационной сетью. Начинают меньше обижаться, когда их ругают или даже говорят неправду про них, немножко работают над собой. Но в данном случае подросли люди, которые не видели другой России. Я родился в Советском союзе, воспитан в Советском союзе, прошёл через девяностые, жил в России девяностых, видел Россию нулевых, десятых. и то, что сейчас происходит. Есть люди, которые родились в XXI веке, и они думают, что Россия только такая, и хотят всех окружающих перевоспитывать под своё ложное понимание действительности.
Сторона обвинения — это сторона, представляющая силовые структуры, исполнительную власть России. Можно сказать, что полчище Мары. У них есть вертикаль власти, у них есть начальник. Им, конечно, не нравится, когда про его начальника что-то плохое говорят. Я не говорил ничего плохого про их начальника. Им хочется использовать своё влияние, чтобы все были как они. Но религия у нас отделена от государства. Моя вертикаль не проходит ни через каких мирских правителей. Перевоспитывать меня, чтобы я был силовиком или преступником, не нужно совершенно.
Может быть лучше подумать над собственным воспитанием, над тем, чтобы перестать так относиться к своим соотечественникам, у которых другие взгляды, другая идеология, которые следуют учению Будды с той верностью, с которой у кого-то верность к мирским правителям. Да, если человек уходит в монашество, то может быть ему альтернатива. Вот тот мир, который построен, он не так привлекает. Может быть иначе, и людям, которые уходят в монашество, что-то не нравится в этом мире. Но вместо того, чтобы присоединяться к враждующим сторонам, начинать кого-то убивать или начинать кого-то сажать в тюрьмы, вместо этого человек просто надевает священные одежды, уходит медитировать, уходит изучать древнюю традицию, утверждаясь для того времени, когда мудрость, передаваемая через века, будет больше востребована людьми, соотечественниками.
Тюремный срок я считаю бесполезным и вредным, который мешает в том числе и производству в России. Как я уже говорил, я разрабатывал калькулятор, на котором сам в восьмидесятые годы воспитывался, и много других людей, кого я знаю, талантливых программистов, воспитаны на этом калькуляторе. Я знаю, как детский, подростковый ум осваивает эту систему команд, разработанную в Советском Союзе, и могу совершенствовать эту систему, совершенствовать, чтобы сейчас новые подростки тоже, изучая то, что создано нашими предками в Советском Союзе, успешнее развивались, становились более талантливыми хакерами.
Может показаться, что сейчас поддерживаются не отечественные производители, а только те, на которых обладает каким-то влиянием ФСБ. Но сделать религию каким-то кукольным представлением, за которым стоят силовики, — это значит, что буддизм становится просто одним из отделов ФСБ по делам буддистов. Я встречал людей, я встречал практикующих у нас, в нашей стране, которые боятся быть до конца с учением Будды, потому что боятся тюрьмы. Действительно, возникает разница, насколько прогибаться под окружающий мир, а насколько брить голову налысо и идти в соответствии со своими убеждениями.
Учитывая всё вышесказанное, учитывая мою решимость стать на путь Будды, будь это в этом году или через несколько лет, я настаиваю на том, что данное наказание, которое запрашивает сторона обвинения, является излишним. На том, что Россия рано или поздно вернётся на путь, на который встала в 1946 году, подписав Декларацию прав человека, и престанет наказывать людей за публикации в интернете. Более того, в качестве своего дара русским силовикам я могу рассказать, что хорошие хакеры нужны и органам прокуратуры, и органам следствия, и в судопроизводстве они могут помогать людям, зная компьютеры, защищая их от компьютерных атак, и не участвуя в каких-то политических конфликтах или международных конфликтах. Точно так же, когда люди привыкают к свободе слова и свободно общаются в интернете, преступники могут рассказывать о каких-то своих планах. Об этом следствие может узнавать раньше, подготовиться к этому. Когда человек искренен в сети и говорит, – да, посмотрев на социальную сеть, можно понять взгляды этого человека. Если запугивать людей, а запугать русских невозможно, на какое-то время можно, но потом – всё имеет свои последствия. Если люди открыто говорят о своих взглядах, о своих намерениях, то и у следствия больше информации о том, что происходит.
Свобода слова выгодна всем, но при этом свободу слова он неестественно прижал. Приговоры по этой статье в любом случае будут отменены. Надеюсь, довольно скоро.
Одна из вещей: то, что если, допустим, у политика даже или у общественного деятеля, неважно, у музыканта, если у него рейтинг 99%, у которого не бывает этих рейтингов, – только в результате фальсификаций каких-нибудь, это означает, что в России один миллион человек против данного человека. И этот один миллион человек будет высказывать свои взгляды, даже если запугать половину из них, останется 500 тысяч человек, кто будет говорить. И что, мы будем в таких масштабах сажать русских людей за решётку?
Здесь возникает тема, что мы несём на новые территории, которые большой кровью присоединяются к России? По-разному люди к этому относятся, но Россия расширяется и вопрос: какую культуру мы несём туда? Я и моя традиция настаиваем на том, что истинное величие достигается не силой оружия. Оно достигается мудростью, достигается силой убеждения, достигается личным примером, и той культурой, которая у нас есть и которую я развиваю в области высоких технологий. И она сейчас нужна России.
Поэтому, кто затеял этот процесс, с какой целью — я даже не хочу в это вдаваться, пусть специалисты решают. Моя задача — практиковать дзэн-буддизм в тех условиях, которые наше государство мне предоставляет. Построят храм, монастырь — буду там практиковать. Отправите в СИЗО, в колонию — буду там практиковать. Это очень древняя практика, практика сидения. Она не просто так была разработана. Мне больше нравится то учение, которое я несу людям – через изучение компьютеров достигать высшего, но практика сидения уважаемая, известная многим.
Ваша честь, я прошу вас вынести оправдательный приговор. Может быть, первый в России. И надеюсь, что за ним последуют и другие приговоры, и оправдания, и в конечном итоге за слова в России сажать перестанут, и Россия будет защищать права русскоязычных людей не только на чужих территориях, но и на своих территориях тоже, даже в городе Москва, моём родном городе, который я люблю.
Большое спасибо.
27 апреля 2026 года,
Преображенский районный суд, Москва, Россия.
Источник: «Новая Газета».
Подробнее: «Мемориал ПЗК».
Фото: Группа поддержки Ильи Васильева.