Чокан Алексей Петрович

Последнее слово

«Мы получили приказ, которому подчинились не задумываясь, потому что поступил приказ. И единственное, что я могу сказать против таких людей, как я, которым пытаются пришить 205 статью о терроризме непонятном, участие в терр.образовании — это абсурд».

Ну я хочу сказать, что предоставленные судом доказательства и [нрзб.] факт, что поступили средств на какой-то вымышленный батальон или как там его называют, участник терр.организации какой-то непонятной — это не подтверждено.

Я поступил на военную службу национальную Украины, структурное подразделение и там [нрзб. ] никаких намерений осуществлять террористическую деятельность или что-либо такого. Тем самым суд первой инстанции ничего не подтвердил, что-либо из этого.

Мне шьют прохождение обучения не общевойсковое, которое проходится не только в Российской Федерации, также на территории других стран. Общевойсковая подготовка это — у товарища прокурора можете узнать —  [нрзб.] проходит подготовка «курс молодого бойца». Такую самую подготовку проходил и я. Мне шьют, что я там прошёл обучение на полигоне в Мангушском районе. В Мангушском районе — вот самое первое — полигонов никаких не существует в Мангушском районе. Это самое первое. На каком боевом полигоне я проходил обучение, мне это неизвестно и всё остальное.

Также ко всему к этому хочу добавить, что мне в дело поставили решение, то, что парней каких-то осудили там по каким-то преступлениям. Ну, может, там кто-то что-то и признаёт и так далее, но я не вижу смысла, почему это добавить.

Плюс суд первой инстанции не учёл то, что я говорил судебному заседанию. Мне шьют, что я занимался комплектацией личных дел и тому подобное. Я этим не занимался. Личные дела находились в воинской части 3057, который в двенадцатой бригаде, которой я непосредственно подчинялся. Личных дел на месте моего батальона дислоцирования в селе Урзуф Донецкой области не находилось, и тем более я не мог иметь к ним доступ. Формированием личных дел занимались непосредственно кадровые органы воинской части 3057, которой мы непосредственно подчинялись, которой командовал Никита Алексеевич [нрзб.], если я не ошибаюсь.

Также суд ссылается на показания свидетелей. На моё мнение, свидетели, которые являются такими же, как и я, военнопленными и которые на протяжении трёх-двух лет и так далее находились без суда и следствия, могут сказать об очень многом. В каких условиях они находились и тому подобное, какие противозаконные меры к ним применяли. Надо это тоже не забывать. Но почему-то суд первой инстанции на это закрыл глаза, и всё, этому не было уделено внимание.

Потом, как гос.обвинитель склоняется, что я не отношусь к военнослужащим, но разрешите,  зачитаю: «согласно статьи четвёртой Женевской конвенции об обращении с военнопленными военнопленным непосредственно настоящей Конвенцией является попавшие во власть неприятеля лица, и одной из этих категорий является личный состав вооружённых сил стороны находящейся в конфликте, а также личный состав ополчения и добровольные отряды, входящие в состав этих вооружённых сил». Я полностью подпадаю под это обозначение. Точно так же согласно статьи 75-й статьи УК РФ [нрзб.] с нарушением в законе являются недопустимым и не могут быть положены в основу обвинения или использования для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьёй 73.

Потом давайте мы рассмотрим такой вариант — есть там какое-то государство, у которого есть территория. Приходят непонятные люди в чёрно-зелёной форме и говорят: «[нрзб.]». [нрзб.] — очевидно. Защита своей территориальной целостности, защита городов и мирных жителей, чем мы и руководствовались. Мы получили приказ, мы подчинялись непосредственно приказу. Согласно вашей 43 статьи, если я не ошибаюсь, я подчинялся приказам вышестоящего руководства. И поэтому я, точно так же, как и любой из военнослужащих национальной гвардии Украины отдельного специального назначения, не может быть виновным. Плюс, когда были ещё на свободе, были переговоры, в которых с вашей стороны присутствовала московская ФСБ и сотрудники вашего ГУРа плюс украинского ГРУ. Это всё было согласовано. И всё было согласовано по ранее согласованным спискам.

С нашей стороны они были подписаны командиром двенадцатой бригады Денисом Алексеевичем [нрзб.], с вашей — генералом, не помню его фамилию. Эти все списки были поданы, проходили переговоры, и всё было нормально. Никто меня не задерживал, как ссылаются в обвинительном заключении. Никто меня не задерживал, насильно у меня оружия не забирали. Мы получили приказ, которому подчинились не задумываясь, потому что поступил приказ. И единственное, что я могу сказать против таких людей, как я, которым пытаются пришить 205 статью о терроризме непонятном, участие в терр.образовании — это абсурд.

Материалами уголовного дела установлено, что я являюсь военнослужащим национальной гвардии Украины, о чём свидетельствует вот это вот удостоверение. Я не знаю, насколько оно актуально и так далее. Может, это вообще не моё удостоверение, что я являюсь военнослужащим национальной гвардии Украины. Там даже печать есть мокрая, на которой написано воинская часть 3057.

И я думаю, что в отношении меня вот это всё дело было сфабриковано. Так как это давление, которое на нас всех оказывалось, чтобы оправдать вашу политическую волю. И то, что я тут сейчас сижу и мне приходится оправдываться — честно, это смешно. Единственная причина, что я тут сижу — это потому что надо как-то узаконить моё нахождение [нрзб.] в Российской Федерации. И это всё происходит на фоне того, что не состоялся обмен. И своё пребывание без суда и следствия я могу аргументировать только так. И как ни крути, в конце концов я буду обменен, и всё. А вот эти все противоправные действия, то, что суды не хотят придавать внимания тому, что люди говорят, ссылаясь там на какие-то подписи. Ваша честь, мы просидели более трёх лет в таких условиях, что [нрзб.] много чего, всяких разных… все эти подписи — это всё полная [нрзб.].

Это всё было [нрзб.] не только с нарушением российского законодательства, но точно так же, как гос.обвинитель ссылался на нарушения международного права —  вот это всё то, что я хочу сказать. Больше добавить нечего. Если есть вопросы, задавайте, я вам отвечу на все вас интересующие вопросы.

11 августа 2026 года,
Апелляционный военный суд, Власиха, Московская область, Россия

Источник: SOTAvision.
Подробнее: «Мемориал».
Фото: «Мемориал ПЗК».