Афанасьев Никита Геннадьевич

Последнее слово

«Я не питаю иллюзий, где нахожусь и что будет со мной дальше».

Растает снег. Кто-то вляпается в гадость, испачкает свою обувь. Хуже если руки, но и их можно отмыть водой, следа не останется. Гадость, которой испачкаешь мозг, никакой водой не отмоешь, щеткой не очистишь. С ней я засыпаю и просыпаюсь, сажусь за стол есть. Она всюду со мной, как приросшая к телу смердящая одежда, не сменяемая почти одиннадцати лет. Омерзение. Упал в выгребную яму российского ГУЛАГа и ушел по уши в жижу «русского мира».

Моральное уродство свидетелей убийц-педофилов выступило основным критерием отбора надежных свидетелей-помощников российского следствия. Рука об руку наследники сталинского террора чинят расправы над невиновными <…> не вызванные в суд свидетели, социально близкие обвиняемые. Все осуждены за изнасилования и убийства женщин и детей, вместе составили ударный кулак победы, опору российского правосудия. Им верят, ими гордятся. Герои тыла на защите отечества. Еще одна победа над фашизмом <…> я заявляю: российские маньяки-педофилы и прочие патриоты РФ из мест лишения свободы ни при каких условиях в ВСУ не принимаются. Служба в Вооруженных силах Украины российских педофилов-убийц — это больная фантазия российских властей.

Одиннадцатый год выживания в этом дурдоме. Изо всех сил стараюсь не сойти с ума. Подвалы, тюремные психбольницы, более двадцати тысяч километров в сталинских вагонах на деревянных полках, под присмотром вертухая с пистолетом. Фуражный овес на завтрак, подкормка для лосей на обед и ужин. Это капля в море самобытной духовности России, насаждаемая за ошибку приезда сюда. Цель свободного человека — скинуть с себя рабское ярмо гражданства РФ, дающее мне лишь обязанность молча, без суда и следствия, быть замученным.

Переарест в ноябре 2024 года, за один месяц до моего освобождения, и новый срок после десяти лет пыток, по обвинению в вербовке педофилов-убийц-зеков в ВСУ, лишь подтвердил репрессивную, политическую причину моих злоключений с декабря 2015 года в российском ГУЛАГе, которым нет конца и края. Иногда меня спрашивали заключенные или сотрудники: «Кому ты перешел дорогу?» Отвечаю: «Путину, злу». Здесь, в России, говорить правду — значит сотрясать основы. Лгать — значит охранять престол. Я не питаю иллюзий, где нахожусь и что будет со мной дальше. По заветам Кобы [Иосифа Сталина] судебная промышленность РФ печатает 27 лет особого режима, из них восемь [лет] тюрьмы, проще, чем чек на кассе за пачку сигарет в «Пятерочке».

100% обвинительных приговоров оставляет далеко позади шестипалых младенцев или молнию, бьющую два раза в одного человека или в одно и то же место. Свидетели российских судов со стороны обвинения видят через стены, слышат через стены за тысячи километров, из бань, тюремных бараков и каптёрок.

Судилище России над простым человеком, который пошел против её людоедских интересов, — о каком праве на беспристрастность может идти речь? Это самосуд, линчевание. Иметь гражданство древнего Рима означало полную свободу. Иметь гражданство РФ означает обратное, и, живя здесь, я согласился на расправу над собой без суда и следствия необольшевизмом. Необольшевизмом, страхующим себя абсурдом от вопросов окружающих, не верящих в правдоподобие абсурда, оставаясь беззащитными от его планов на уничтожение. Я лишь продолжу нести бремя лишений и горя <…>. Когда же они убьют меня, то тело выбросят на волю. Ведь им нужна душа и страдания, которые в нашем теле при жизни.

2 февраля 2026 года,
2-й Западный окружной военный суд, Москва, Россия.

Источник: «группа поддержки Никиты»
Подробнее: «Мемориал. ПЗК».
Фото: РИА Новости / Михаил Воскресенский.